Доктор Хаус в степях Украины (сценарий телесериала)

ukrainskij-scenarij1.

Бывший аэропорт «Борисполь». Парубий* с цветами и с помощником-переводчиком смотрят в небо.

Парубий. Летит наш доктор?

Помощник. Летит.

Парубий (напрягшись от размышлений). Слушай, а как всё-таки этот аэропорт теперь называется?

Помощник. Имени Малевича.

Парубий. А кто это?

Помощник. Тот, который чёрный квадрат намалевал.

Парубий. А вроде хотели назвать именем Мазепы?

Помощник. Но потом решили, что Малевич – это символ.

Парубий. Символ чего? Того, что Украина в глубокой… в глубоком чёрном квадрате?

Помощник. Конечно, лучше было назвать именем Мазепы. Патриот, со всеми хотел дружить, всех старался по-хитрому на… наколоть. В общем, типичный символ нашей державной политики.

Парубий. А я считаю, что всё лучшее и светлое надо называть именем Бандеры.

Помощник. Ну это однозначно.

2.

Самолёт приземляется. Из него, опираясь на палку, выходит знаменитый Доктор Хаус.

Парубий. Вэлкам ту Юкрейн, мистер Хаус! Прошу чувствовать себя как дома. Будто вы у себя «на хауз» (долго смеётся).

Доктор Хаус, молча, внимательно смотрит на Парубия.

Парубий. Блин, чего он молчит? Я уже весь свой запас английского использовал. А шутку про «хауз» мне аппарат Верховной рады три дня сочинял.

Доктор Хаус (к Парубию через переводчика). У вас замедленные реакции. И явные проблемы с дикцией. Кем вы работаете?

Парубий. Спикером парламента.

Доктор Хаус. И как, дикция не мешает? Можем сделать вам цикл очистительных клистиров, и будете строчить, как Хиллари Клинтон на дебатах.

Парубий. Это вы ещё Юру не видели с его произношением!

Доктор Хаус. И кто у нас Юра?

Парубий. Генеральный прокурор.

Доктор Хаус. О, я вижу, у вас тут много интересных случаев!

3.

Доктор Хаус, Парубий и переводчик мчатся в автомобиле по Киеву.

Парубий. В целом, доктор, у нас элита очень здоровая. Но в последнее время такие нагрузки, столько вызовов стоит перед державой, что иногда приходится вызывать то наркологическую службу, то психиатрическую бригаду…

Доктор Хаус. Вам надо чаще жевать сельдерей. Когда у политика полный рот сельдерея, меньше вероятность, что он сморозит какую-нибудь фигню.

Парубий. Мы очень надеемся на вашу помощь. Сейчас заедем в новый оздоровительный центр, который мы специально открыли к вашему приезду. Вы могли бы его со временем возглавить. У меня только одна просьба – назвать его именем Бандеры.

Доктор Хаус. Это ваш выдающийся врач?

Парубий. Не совсем…

Доктор Хаус. А, понимаю, выдающийся больной. Ну что ж, показывайте ваших страждущих!

4.

Все трое подходят к палате с табличкой «Петро Алексеевич».

Парубий. Тут у нас палаты, где от державной деятельности отдыхают Вип-персоны. А эта палата, так сказать, Вип-вип.

Доктор Хаус. Вип-вип, откройся!

Из-за двери слышатся всхлипывания. Доктор Хаус и сопровождающие его лица входят.

Порошенко. Обидно, честное слово! Клянусь Липецким комбинатом!

Доктор Хаус. Скажите, чувство обиды у вас всегда сопровождается опуханием глаз и покраснением носа?

Порошенко. Нет, только после дня рождения.

Доктор Хаус. Я вижу, вы хотите об этом поговорить.

Порошенко. Да, это очень печальная история. У меня был день рождения. И вдруг сообщают, что Европа сделала мне подарок – безвизовый режим для украинцев. Ну мы с Юрой накатили…

Доктор Хаус. Сорри! Юра – это генеральный прокурор?

Парубий. Так точно. Кум и прокурор по совместительству. Вы его ещё увидите.

Порошенко. И тут нам говорят, что без визы можно будет ехать в Европу только как турист! А работать там нельзя!

Доктор Хаус. А вы хотели работать в Европе?

Порошенко. Я и так там работаю. Украина – сердце Европы.

Доктор Хаус. Сложный случай. А кем вы работаете, сэр?

Порошенко. Гарантом Конституции.

Доктор Хаус (к Парубию). Что ж, попробуйте запретить ему сладкое.

Парубий. Совсем?

Доктор Хаус. Совсем. А что найдёте, отбирайте.

Парубий (радостно). Отберём, не сомневайтесь!

Доктор Хаус (выходя). А вообще пока никаких гарантий.

Парубий (радостно). Что, так погано Петру Алексеевичу?

Доктор Хаус. Да не ему! Украине никаких гарантий при таком гаранте.

5.

Входят в палату, из которой доносится ужасный шум.

Ляшко. А я говорю, что он должен извиниться перед всем украинским парламентом!

Вятрович. Нет, пан Олег, сначала перед институтом национальной памяти! И признать, что он – агент Москвы!

Доктор Хаус. Кажется, этот сэр боится агентов Москвы?

Парубий. А как их можно не бояться, если они везде?

Доктор Хаус (пристально сморит на Парубия). Как много интересных случаев!

Ляшко (подбегая к Доктору Хаусу). Вы часом не гражданин Израиля?

Доктор Хаус. Пока нет, но мы можем об этом поговорить.

Ляшко. Так вот, передайте у себя в Израиле, что ваш президент…(Вятровичу) Вовик, как там его?

Вятрович. Ривлин!

Ляшко. Этот ваш Ривлин плюнул в душу украинским патриотам! ОУН-УПА никого никогда не расстреливала!

Вятрович. Все сами себя расстреливали по приказу НКВД.

Ляшко. А ОУН была благотворительной организацией! Не верите, спросите у Вовика! Вы знаете, какая у него память? Национальная! Никто не помнит, а он…

Вятрович. Ривлин – агент Кремля!

Из-под кровати вылезает Дмытро Тымчук.

Тымчук. Да что там Ривлин! Байден – агент Кремля! Я, блин, третий год рассказываю людям по телевизору про зверства российской армии в Донбассе, а этот Байден вдруг заявляет, что там нет российских войск. Его перепрошила ФСБ вместе с Надькой Савченко!

Доктор Хаус. Всем этим господам что-то ударило в голову.

Парубий. Мне тоже иногда в голову приходят мысли.

Доктор Хаус. Нет, это не мысли. Это другая субстанция. Возьмите у них анализы.

Парубий (с надеждой). Может, ещё что-нибудь у них возьмём в пользу украинского народа?

Доктор Хаус. Я не вижу, что с них может взять украинский народ, кроме анализов.

6.

В палате на полу сидит Аваков, играющий на зурне. Вокруг него в медленном танце движется Деканоидзе.

Деканоидзе (поёт на мотив «Сулико»).

Все зовут меня Хатия,
Дама полицейская я!
Схватим и отправим в дальние края,
Есть у нас презу-у-умпция!
Доктор Хаус. Что у неё есть?

Парубий. Презумпция правоты украинской полиции. Теперь по закону, как её встретил, сразу руки за голову, лицом на землю, лежать и бояться.

Аваков. Ты не всё сказал доктору, дорогой! (Доктору Хаусу). Нужен ещё закон о презумпции правоты министра внутренних дел! Что бы этот министр ни замутил, хоть с Турчиновым, хоть с «Азовом», он всегда прав! (к Парубию, наступая) А если ты такой закон не примешь, я лично, демократично, с двумя территориальными батальонами посажу тебя и докторишку твоего!

Парубий и Доктор Хаус выбегают в коридор.

Доктор Хаус. Попробуйте дать обоим снотворное.

Парубий (радостно). Усыпить навсегда?!

Доктор Хаус. Ноу, не навсегда. Только до внеочередных парламентских выборов.

7.

В коридоре к Доктору Хаусу подбегает Луценко с фотоаппаратом. Он очень взволнован.

Луценко. Сфотографируй меня, мужик!

Доктор Хаус. С кем вас сфотографировать, сэр?

Луценко. Да без разницы! Можно с фикусом, с капельницей или вот с этим! (к Парубию). Стань возле меня и улыбайся!

Парубий. Извините, доктор, он сейчас со всеми фотографируется.

Доктор Хаус. И давно это у него началось?

Парубий. С тех пор, как он снялся с бойцами «Торнадо». Обнимался с ними, хлопал по плечам, называл патриотами. А когда они кого-то, извините, пришили, стал со всеми фотографироваться. Хочет теперь доказать, что у него хобби такое – со всеми сниматься.

Доктор Хаус. Но я надеюсь, бойцов этого «Торнадо» уже задержали?

Парубий. А зачем? Они ведь и в самом деле патриоты.

Доктор Хаус долго и пристально смотрит на спикера украинского парламента. Луценко тем временем подбегает к уборщице.

Луценко. Тётенька, сфотографируй меня со шваброй!

8.

Доктор Хаус, Парубий и переводчик затыкают носы от неприятного запаха.

Доктор Хаус. Вы уверены, что мы должны заходить в эту палату?

Парубий. Ну хотя бы из уважения ко Львову – культурной столице Украины.

В палате мэр Садовый и огромная куча мусора.

Доктор Хаус. Что вас беспокоит, сэр?

Садовый. Меня беспокоят жители столицы! Они без радости и энтузиазма принимают наш львовский мусор.

Доктор Хаус. Но согласитесь, сэр, воняет довольно прилично.

Садовый. А где благодарность? Мы привезли в Киев культуру, мы привезли революцию, а теперь, когда нужно немножко потерпеть, находятся несвидомые элементы, которых тошнит.

Парубий и переводчик содрогаются от рвотного спазма.

Доктор Хаус. Скажите, сэр, а почему бы вам самим не убирать дома свой мусор?

Садовый. У нас не хватает времени. Все силы уходят на революции.

Доктор Хаус. Так это революционные отходы?

Садовый. Именно! И никто не смеет ими пренебрегать!

Доктор Хаус, задыхаясь, вылетает в коридор. За ним, откашливаясь, выбегают Парубий с помощником.

Доктор Хаус. Единственное, что могу порекомендовать, — это дезодорант.

Парубий. Ладно, опрыскаем всё помещение.

Доктор Хаус. Советую, не только помещение, но и внутри пациента. Ведь это запах патологического патриотизма. А он обычно проникает во все уголки организма.

9.

У трапа самолёта стоят Доктор Хаус и провожающие его лица – Парубий, Гройсман, Турчинов и переводчик.

Доктор Хаус. Господа, ваше предложение возглавить клинику было очень лестным. Однако я не могу его принять, так как справиться с этими случаями мне не под силу. Речь идёт о массовом отравлении мозгов с помощью телевизора и прочих лживых СМИ. Срочно отключите больных от этих источников инфекции.

Гройсман. Чувак, это невозможно!

Доктор Хаус. Почему, сэр?

Турчинов. Потому что больные сами эти источники контролируют.

Доктор Хаус. Тогда гоните на фиг этих больных вместе с их погаными СМИ и поставьте вместо них здоровых! Только в этом случае отрезвеют и они, и миллионы жителей Украины.

Экран медленно темнеет. Вместе с ним темнеют лица провожающих. Постепенно на экран выплывает титр: «ЭТО КОНЕЦ?»

* В фильме действуют не настоящие политические деятели, а обычные актёры, носящие их фамилии. Все совпадения случайны.

Подпишитесь на новости «Новостной калейдоскоп» в Facebook, Одноклассниках или Вконтакте

Источник

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *